Секунды превращаются в минуты,
Минуты превращаются в часы.
Часы летят так быстро, почему-то,
Я их кладу на точные весы.

Из дней – недели, месяцы и годы,
Я взвешиваю, думая о том…
Законы не обманешь ты природы,
Закончится он вдруг, и что потом…?

Тот путь, который жизнью называют,
Дорога, в неизведанную даль.
За горизонт те тайны призывают,
Но их не разгадаю я, а жаль…

И небо, отражаясь в океане,
Загадочно-безмолвно говорит,
Что там ты будешь вечно жить в нирване,
Но сердце, в ожидании, горит.

Горит, и уж немного реже бьется.
Что должен я понять, в конце пути?
И шансов, знаю, меньше остается,
Сакральный смысл жизни мне найти.

А стоит ли искать его? Не знаю!
Преодолеть бы ту дорогу-путь…
Я жадно воздух легкими хватаю,
Пройти бы это все не как-нибудь…

За чередой беспочвенных стенаний,
Хочу-мечтаю только об одном…
Достойным лишь бы быть своих страданий,
И счастье что б не оказалось сном.

Секунды превращаются в минуты,
Минуты превращаются в часы.
Так быстротечно время, почему-то,
Но лучше не смотреть на те часы

12.02.2025

Гены пальцем не раздавишь,
Лишь двумя, и то не факт.
И рубанком не подправишь,
Бесполезен этот акт.

На осинке апельсинки,
Я наслышан, не растут.
Не родятся у грузинки
Ни калмык и ни якут.

Плод от яблони не может
Откатиться далеко.
Сей закон меня тревожит,
И на сердце нелегко.

Между нами, мне сказали,
Я, местами, странный тип.
И порекомендовали
Чуть улучшить генотип.

Между тем, для подстраховки,
Вспоминаю я пока…
Где, на крытой Комаровке,
Продается ДНК.

Взял авоську, улыбнулся,
И на рынок я пошел.
По прилавкам прошвырнулся,
Все что нужно там нашел

Огурцы, лимон, картошка,
Загрузился всем слегка.
Специй тоже взял немножко,
И грамм 300 ДНК.

А названье у салата
Было – “Правильный геном”.
Две тарелки съел, ребята,
И запил сухим вином.

Не раздавишь пальцем гены,
Миксером – наверняка…
Будут гены офигенны,
С комаровской ДНК.

13.06.2025

Когда-нибудь исчезнут все и вся…
Переживания исчезнут, треволненья.
Осып(л)ется, как листья-оперенье,
И канет в Лету, грустно голося.

Так испокон веков устроен Мир,
До нас так было, так же после будет.
Слегка попричитает и забудет,
Хотя вчера вещал, что ты – кумир.

Кумиров же на Свете – пруд пруди,
Куда ни плюнь, вокруг одни кумиры.
Хоть затыкай кумирами ты дыры,
Из них же хоть заборы городи.

Вон тот ведь был особенно любим,
Завидя, шляпы быстренько снимали.
Но и ему банально написали,
И кратко – Помним, любим и скорбим.

Гуляя по аллее, среди плит,
Как будто по реке плыву забвений.
А в памяти, как кадры сновидений,
И что-то за грудиною болит.

Когда-нибудь исчезнут все. И я.
Другой пойдет гулять по той аллее…
И забредет где тише и скромнее,
Там будет эпитафия моя.

13.01.2025

О, горе! Правда снова умерла.
Смотрите, вот опять ее хоронят,
В гробу несут, но если вдруг уронят,
Она б быстрее речки потекла…

Вы слышите, как ей поют псалмы?
И пьяный поп, сквозь золотые зубы…
В кровь разбивая лбы свои и зубы,
О крышку бьются лучшие умы.

– Давайте об усопшей хорошо…
Толкать уж начал председатель речи,
Дрожат (от страха) подбородок, плечи…
И плакальщиц копеечных нашел.

Похоронили! Сели все за стол.
Никто не плачет, всяк и вся смеется,
Витиеватых слов круженье вьется,
И каждый тост, как “праведный” укол.

– А я, признаться, Правду не люблю!
Сказала тень и села в центре зала,
– Налейте до краев! – Она сказала.
– И что-то слишком скромен ваш салют.

– По случаю он что-то не велик,
Еще налейте, мне самой нет мОчи…
Все ахнули и воздух стал не очень,
Когда узнали в гостье Правды лик.

Опорожнила Правда свой сосуд.
Вбежали, вдруг, по вызову солдаты,
Венки в руках, дежурные лопаты,
И вновь ее на кладбище несут.

О, горе! Правда снова умерла.
Смотрите, вот опять ее хоронят,
В гробу несут, но если вдруг уронят,
Она б быстрее речки потекла…

1-2.12.2024

Ну вот и прошагал полвека жизни.
Смотрю я в зеркало и понимаю, бро…
Как ни кручинься, в самоукоризне,
Висков, увы, не спрячешь серебро.

С ухабами проспекты, перекрестки,
Сомнения, при выборе пути.
Сценарий, сцена, шаткие подмостки,
Быть иль не быть? Идти, иль не идти?

Вопросы эти разум мой не гложут,
Старея не боюсь и не ропщу.
“Морщинистое” сердце сны тревожат,
О том, что не найду я, что ищу.

Как в детство все же хочется вернуться,
Ну хоть разочек, хоть минут на пять.
Калачиком беспомощным свернуться,
У мамы на руках и не пенять…

Ни на судьбу, ни на свою дорогу,
Случалось многое, за столько долгих лет.
Как исповедаться невидимому богу?
Для атеистов ведь исповедален нет.

Так чередой событий озадачен,
Свободы вкус мне голову вскружил.
Посыл эгрегора был строг и однозначен,
“Живи, дружище, тем же кем и жил”.

Что будет дальше? Я не знаю, право!
Анонс, афиша – нет их у меня…
Пойдешь налево, прямо ли, направо,
Освобожусь, куплю себе коня.

Галопом поскачу – шутя, играя,
И снова стану причинять добро.
Оставшихся полвека собирая,
Мое богатство – годы, “серебро”.
(Мое сокровище – года и “серебро”)

10.05.2025

Неужто скоро я освобожусь?
От боли и от совести терзаний,
Следы ментальных самоистязаний
“Разглажу” я и этим возгоржусь.

Но как же жить без боли мне потом?
Другой ведь жизни, право, я не знаю.
Без боли я страдаю и стенаю,
И часто ностальгирую о том…

О времени, когда-то золотом.
С привычкой, что зовут второй натурой.
“Отравлен” в детстве я литературой,
Во взрослости – бескнижия постом.

Вопрос ребром – Ну как мне дальше жить…?
Влачить существование аскета?
Кого спросить, с кем поболтать об этом,
И стоит ли тот “улей” ворошить?

Вопросов и сомнений – просто тьма.
В плену я догма-правил и законов,
Легенд и мифов, сплетен и канонов,
Вердикт присяжных – Горе от ума!?

Я понял, мне свободы не видать!
Зря сам себе я голову ломаю,
С улыбкой боль терзаний принимаю,
Ментальный плен – земная благодать.

20.09.2025

Был “Эскулапом”, было дело,
То было, брат, уже давно.
Старался так, что все потело,
И было как в немом кино.

Как в старой драме, с Хэппи-эндом,
Но будет ли счастливым он?
“Светя другим…”, то было трендом,
Сгорал и жил, как Хон Гиль Дон.

Я много сделал в этой жизни,
Да и не сделал – через край.
Я отдавал “долги” Отчизне…
– Давай, Отчизна, забирай

Я расплатился с ней с лихвою,
И думал, что переплатил.
И от тоски теперь вот вою,
Глаза до неба закатил.

Сказала Родина – Не надо,
Сражаться на передовой…
“На зоне чалился” наградой,
Запишем в книжке трудовой.